И в забывании старом припоминала

Нейронная сеть не под сенью девушек в цвету, а под сенью девушек в синем небе. Ночные тона и безлунный морской пейзаж первых строк оборачиваются звякающей аллитерацией в последнем стихе. Голос, не забывший сознание, — голос разума. На могиле Фрейда написано, что он тих в том смысле, что нужно прислушаться к нему с усилием и чуткостью, чтобы расслышать, что он вещает. Но инструментовка последней строки, скорее, говорит о его звучности, которому, вероятно, нужно противопоставить голос эмоции, Антирацио, который звучит гораздо тише.

Автор комментария:
Орехов Борис